в Нью-Йорке. Заместителя переводят в управляющие, а я подала заявление с просьбой предоставить мне освобождающееся место.
Мел посмотрел на нее со смесью восхищения и любопытства.
– Что ж, я думаю, вы его получите. И пойдете дальше.
Она удивленно подняла брови.
– Вы, может, считаете, что я и вице-президентом стать могу?
– А почему бы и нет? Конечно, если захотите. Я имею в виду: если захотите стать начальством.
– Я еще не уверена, хочу я этого или чего-то другого, – задумчиво ответила Таня.
Официантка принесла еду. Когда она ушла, Таня сказала:
– Правда, у нас, работающих женщин, не всегда есть выбор. Если не хочешь торчать на одном месте до самой пенсии – а многим из нас это вовсе не улыбается, – единственный путь: карабкаться вверх.
– А замужество вы исключаете?
Таня долго и тщательно выбирала кусок лимонного пирога.
– Нет, не исключаю. Но однажды я уже обожглась, значит, могу обжечься и снова. Да и не так уж много претендентов – я имею в виду холостяков – на руку женщины с ребенком.
– Но может ведь найтись исключение.
– Этак я могу и Ирландский кубок выиграть. Вот что я вам скажу, дорогой Мел, на основе собственного опыта: мужчины предпочитают женщин без обузы. Можете спросить моего бывшего супруга. Если вы, конечно, разыщете его. Мне это пока не удалось.
– Он оставил вас, когда у вас родился ребенок?
– Что вы! Нет, конечно! Тогда Рою пришлось бы целых полгода заботиться обо мне. По-моему, в четверг я сказала ему, что беременна – я просто не могла больше молчать, – а в пятницу, когда я вернулась домой с работы, уже не было ни Роя, ни его вещей. Вот так-то.
– И с тех пор вы его ни разу не видели?
Она отрицательно покачала головой.
– Но в итоге это намного облегчило развод: ушел – и все. И никаких объяснений. Впрочем, нельзя быть совсем уж стервой. Рой не был законченным подлецом. К примеру, он не снял ни доллара с нашего общего счета в банке, хотя и мог. Я нередко думала потом, было ли это от доброты или просто он забыл. Так или иначе, все восемьдесят долларов, которые там лежали, достались мне.
– Вы никогда мне об этом раньше не рассказывали, – заметил Мел.
– А следовало?
– Возможно – чтобы я мог посочувствовать.
Она отрицательно покачала головой.
– Если бы вы лучше меня знали, вы бы поняли, что я рассказала вам это сейчас вовсе не потому, что нуждаюсь в сочувствии. В результате все ведь сложилось для меня не так уж плохо. – Таня улыбнулась. – Я даже могу стать со временем вице-президентом компании. По вашим словам.
За соседним столиком какая-то женщина воскликнула:
– О господи! Ты только взгляни, который час!
Инстинктивно Мел посмотрел на часы. Прошло сорок пять минут с тех пор, как он расстался с Дэнни Фэрроу. Он быстро поднялся на ноги, сказав Тане:
– Подождите меня здесь. Мне надо позвонить.
Возле кассирши стоял телефон, и Мел набрал один из незарегистрированных номеров пульта управления снежной командой. В трубке послышался голос Дэнни Фэрроу: «Обождите!» – прошло несколько секунд, потом Дэнни сказал:
– Я как раз собирался звонить тебе. Насчет этого самолета «Аэрео-Мехикан», который блокирует полосу.
– Ну, слушаю.
– Тебе известно, что компания запросила о помощи «ТВА»?
– Да.
– Так вот, им туда нагнали грузовиков, кранов, уйму веялкой техники. Вся взлетная полоса и рулежная дорожка забиты машинами. Но чертов самолет так и не удалось сдвинуть с места. Мне сообщили, что «ТВА» послала за Патрони.
–