пустячном деле:
- Скажите, джигиты-удальцы, можете ли вы продать мне коня, которого я сам
выберу?
Табунщики переглянулись и пошептались между собой. Младший из них, черный
от загара, как жук, сказал:
- Кони не наши, а хана Баяндера. Но хан наш любит золото, и мы можем
продать нужного тебе коня, если ты заплатишь не меньше, чем купцы на базаре
в Сыгнаке. Дашь ли ты нам за него двадцать пять золотых динаров? Тогда мы
поймаем жеребца, которого ты нам укажешь, а если ты еще прибавишь нам за
усердие, то мы его укротим на твоих глазах.
- Я не барышник! - ответил странный монгол. - Я не торгуюсь, а беру, что
хочу. Вы получите, что просите. Кроме того, я добавлю каждому по золотому
динару.
- Живи тысячу лет! - воскликнули табунщики,- Приказывай скорее!

Глава тринадцатая
БРАТЬЯ-ТАБУНЩИКИ

Назар-Кяризек торопился увидеть сыновей, чтобы обрадовать их вестью о
милости хана, уступающего им пять коней. Он подгонял, как мог, тощую
кобылу. Она то плелась шагом, то бежала рысцой и притащилась, наконец, к
долине, где паслись табуны хана Баяндера.
Вслед за Назаром прибежал, прыгая, как заяц, маленький Турган. Он
вскарабкался на холм и закричал отцу:
- Скорей, тату, скорей сюда! Здесь ловят волков! Назар щелкнул плетью и
взобрался на холм.
В лощине, между холмами, во всех направлениях скакали, крича и свища,
джигиты хана Баяндера. Заливаясь тонким лаем, поджарые борзые собаки
гонялись за несколькими волками. Спасаясь, волки бросались под ноги коней.
Особенно горячая свалка происходила вокруг большого старого волка. Он
огрызался, лязгал оскаленными зубами, отшвырнул отчаянно завизжавшую собаку
и вертелся, отбиваясь от наседавших врагов.
К волку подскочил джигит, свалился с седла прямо на него и старался
ухватить его за уши. Но волк вырвался, перекатился кубарем через собак и
большими скачками понесся наутек.
Джигиты помчались за волком:
- Держи его, Нури! Не упусти... Лови его за уши, Нури!..
В туче пыли, с шумом и воплями, скрылись за бугром охотники, волки и
собаки.
Тогда Назар-Кяризек увидел на месте свалки лежащего человека, связанного
веревками. На нем был синий монгольский чапан. Отлетевший в сторону колпак
дервиша показался знакомым. Назар подъехал и сошел на землю.
- Да это наш сосед, ученый, факих Хаджи Рахим! Не задушил ли его старый
волк? Ты жив ли. Хаджи Рахим? Великий аллах, приди на помощь!
Глаза лежащего открылись и уставились удивленно на склонившегося старика.
Хаджи Рахим медленно приходил в себя:
- Я не знаю, жив ли я, или безжалостный Азраил тащит меня в царство
ночи... Через меня пронеслись охотники и джигиты... на моей спине собаки
дрались с волком... Ты много раз спасал меня от голода, Назар-Кяризек...
Спаси еще раз, не покидай меня здесь!..
Назар распутал веревки и свернул их:
- На этих петлях мои сыновья повесят разбойников, которые обидели моего
почтенного соседа.
Старик помог израненному дервишу взобраться на кобылу и медленно повел ее
под уздцы. Хаджи Рахим охал и жаловался:
- Иволга гонится за осой и не замечает, что охотник уже натянул лук и
готов догнать ее острой стрелой... В это же время тигр готовится к прыжку,
чтобы растерзать охотника! Кто знает наше будущее: кто раньше погибнет-тигр
или охотник, иволга или оса?.. Я уже совсем погибал от рук страшных
монголов, и кто